Goltzius and the Pelican Company

Oblogka_GoltciusВ конце 90-х годов двадцатого века имя британского режиссера Питера Гринуэя не сходило с уст тех, кто себя относил к интеллектуалам кино. Его странные, в большинстве своем вызывающие, перемешанные с философией и элементарным ерничеством полотна, где каждый кадр строился по законам живописи, которую Гринуэй боготворил с ранних лет, а каждый предмет в нем — некий символ, поражали воображение. У режиссера живопись, хореография, музыкальная тема, работа всех кинотворцов от костюмеров до актерского состава сплетены в единый клубок, создавая художественное произведение, имеющее несколько слоев. Фильмы его давно стали событиями в мире кино еще и благодаря своей скандальности, неоднозначности в методах, которыми он руководствуется в процессе созидания. Сказать, что они не похожи на работы других не менее известных мастеров, значит — ничего не сказать. Гринуэй создал свой киномир, понятный ему и его многочисленным поклонникам и сторонникам, которые ждут с нескрываемым трепетом выхода новой ленты своего кумира. Простому зрителю, так сказать, без «предварительной» подготовки, довольно трудно, а иногда просто невозможно, понять и оценить то, что Гринуэй в конечном случае выдает в качестве своего видеоряда на экран. Не стала исключением в этом роде и лента Гринуэя «Гольциус и Пеликанья компания», которая посвящена голландскому художнику Хендрику Гольциусу, жившему и творившему в конце XVI – начале XVII века. Этот «летучий голландец» стал известен, благодаря созданным многочисленным гравюрам эротического содержания. Чтобы понять или хотя бы приблизиться к пониманию работ Гринуэя, нужно, прежде всего, поближе познакомиться с этим, незаурядным во всех отношениях, человеком.

Жизнь и творчество британского киноэстета

Будущий мэтр родился в 1942 году в Ньюпорте, Уэльс. Родители были представителями среднего класса. Его отец был орнитологом, что не могло не сказаться и на Питере. От отца он унаследовал любовь к различным классификациям, которые ощущаются в качестве художественного приема в большинстве его последующих кинолент. Мама работала учительницей. Чуть позже семья переехала в Лондон. Школьные годы у Питера оставили двоякое впечатление. Он был неисправимым двоечником по математике, обожая при этом литературу, боготворил историю, особенно ту, которая связана была со средневековьем. Его интересовало буквально все, что было связано с европейской живописью. Его увлечение рисованием максимально поощрялось в семье. Еще в раннем детстве Питер понял, что его будущее каким-то образом будет связано с живописью. Он любил подолгу работать с пейзажами, делать наброски своих любимых мест, а уезжая на летние каникулы к бабушке в родной Уэльс, с увлечением рисовал угольные карьеры и горы.

В свои 16 лет Питер открыл для себя творчество аргентинца Хорхе Луиса Борхеса, который и поныне остается для него писателем номер один. Кино в его жизнь ворвалось неожиданно, подобно тому, как в эти годы приходит первая любовь. Со школьным товарищем он попал в кинотеатр, где демонстрировалась картина И. Бергмана «Седьмая печать» (1957). Она на юного Питера произвёла чарующее впечатление. Это событие и стало отправной точкой его увлечения авторским кино. Гринуэй, как губка, впитывал киноязык Пазолини, Антониони, Рене, Годара. Под впечатлением их творчества он вместе с другом снял на любительскую камеру свой первый короткий фильм «Смерть настроения».

Затем последовали для Гринуэя четыре года учебы в Школе искусств Уолтэмстоу, закончив которую он получил образование художника. Но о кино он не забывает, хотя попытка в 1964 году поступления в Королевский колледж искусств, славящийся своей киношколой, оказалась тщетной. Но он никогда не отчаивался. Вскоре нашел подходящую работу, так или иначе связанную с кино. Он проработал монтажёром документальных фильмов в британском Центральном управлении информации, продолжая при этом снимать свое авторское кино, постоянно экспериментируя. В конце 70-х годов некоторые фильмы Гринуэя становятся заметными на различных киносмотрах. Так довольно похвальные отзывы в СМИ удостоились «Путешествие по букве H», «Реконструкция вертикальных объектов». 1980 год ознаменовался для Гринуэя первым полнометражным фильмом «Падения», который в том же году на кинофестивале в британской столице получил премию за оригинальность дебютной работы. Затем был оглушительный успех «Контракта рисовальщика», с которым он объехал всю планету. Именно эта работа явила миру Гринуэя как своеобразного эстета в мире кино, этакого гения-парадоксалиста. Критики наперебой восторгались им, объявив основателем новейшего английского кинематографа. Кинотеатры на этой волне собирали аншлаги, ведь каждый хотел «прикоснуться» к творениям киногения. Все это было замечательно, но вот средства на новые «шедевры» давать никто не спешил по причине необычно замысловатых сюжетных коллизий, которые генерировались режиссером. Он формировался, как неоднократно заявлял сам Питер, на творчестве тех кинематографистов, которые обозначили главные вехи в киноразвитии. Ими были Эйзенштейн, Уэллс и Годар.

Постепенно у него формируется команда единомышленников. Так в 1985 году началось его плодотворное сотрудничество с оператором Сашей Верни, которое прервалось лишь со смертью Верни в 2001 году, и голландским продюсером Кеесом Касандером, которое длится и поныне. Если попробовать обозначить его фильмографию самых знаковых для его творчества картин и для кинематографа в целом, то получится внушительный ряд. Почти все его работы номинировались на различные награды или получали призы. После «Контракта рисовальщика» была лента «Зед и два нуля» (1986), где затрагивались несколько иные проблемы, но стиль остался предельно узнаваем. Доминирующей составляющей стала «божественная» музыка Майкла Наймана, работа с которым продолжалась у него до ленты «Дитя Макона». 1987 год подарил миру «Живот архитектора». Лента участвовала в конкурсе МКФ в Каннах. Через год следует «Отсчет утопленников», удостоенный приза Каннского МКФ за большой художественный вклад, зрительского приза на МКФ в столице Польши и приза за режиссерскую работу на МКФ в Сиэтле. Еще через год появилась знаковая для всего творчества Гринуэя работа »Повар, вор, его жена и ее любовник». Затем последовали «Книги Просперо» (1991), »Дитя Макона» (1993), которая стала первой лентой Питера, «осиротевшей» без музыкальных тем Наймана. Дальше настала очередь «Интимного дневника», «8 1/2 женщин» (1999) и «Чемоданов Тульса Люпера». Обе последние ленты участвовали в конкурсе МКФ в Каннах.

Труды над созданием картины

После исторической драмы «Тайны «Ночного дозора» (2007) были пять лет относительного затишья Гринуэя, пока он не приступил к еще одной исторической работе: ленте 2012 года «Гольциус и Пеликанья компания». Лента уже на этапе создания обрела ореол скандальности, поскольку, как сказал сам маэстро Питер: «В моих планах порнографический фильм, основанный на воспроизведении эротических рассказов из Ветхого Завета». От этих слов Питер ни на йоту не отступил. Он демонстрирует зрителям на примере Гольциуса и его Пеликаньей компании шесть сюжетов из Библии, ставших символами сексуального табу на: измену, инцест, блуд, проституцию, педофилию и некрофилию. Зритель, параллельно с маркизом Эльзасским, становится свидетелем «уж очень непривычных отношений на грани фола» между известными библейскими персонажами. Причем он абсолютно не боится, что его общество обвинит в порнографии. Сам он на этот счет говорит: «Граница между приличным и неприличным постоянно перемещается. Много фильмов в истории кино балансировали на грани эротики и порнографии. Например, «Последнее танго в Париже» Бертолуччи. Кино находится в постоянном сексуальном поиске». И надо сказать, что этот поиск у Гринуэя продолжается из картины в картину.

Эту ленту британец Питер Гринуэй закончил в семидесятилетнем возрасте. Согласитесь, это возраст, когда многие мужчины, говоря не только о кинематографистах, «забывают» о плотском, а все больше их думы уходят в вечное. Многие, но не Гринуэй. Даже на фоне его предыдущих, отнюдь не пуританских лент, у «Гольциуса» откровенность просто зашкаливает. Мужские и женские нагие тела присутствуют почти в каждом кадре. Смотреть это на протяжении двух часов «слегка» утомительно и требует должной подготовки. Сам британский режиссер, честно это признает: «Я хочу сделать высокохудожественный, но крайне эротичный фильм, используя все сегодняшние представления о сексе». Таким он и получился фильм о нидерландском гравере-маньеристе, которого многие считают одним из предшественников другого известного представителя этого народа — Рембрандта. Символично, но именно Рембрандт был главным героем предыдущей исторической драмы Гринуэя «Тайны «Ночного дозора».

Его команда, работавшая над проектом

Продюсером ленты выступил как всегда Кеес Касандер, уроженец Южной Голландии. Его сотрудничество с Гринуэем длится с середины 80-х, начиная с ленты «Зед и два нуля». Он был всегда рядом с маэстро почти во всех лентах. Хотя и не отказывается от работы с другими постановщиками, например, с Филиппом Гаррелем в «Дикой невинности», в ленте Андреа Арнольда «Аквариум», получившей BAFTA как лучший фильм Великобритании и другие. Еще одна важная поступь — Рейнир Ван Бруммелен, оператор от бога, работающий также с Питером довольно долго. Пожалуй, Марко Робино, лидер итальянского квинтета «Architorti», написавший музыку к «Гольциусу», стал тем музыкантом, которого искал Гринуэй после того, как расстался с Майклом Найманом. До этого он работал у Гринуэя в документальном («Рембрандт: Я обвиняю») и игровом кино («Заселяя замки Венарии-Реале»). Также постоянный член «бригады» Гринуэя и Элмер Люпен, режиссер монтажа, работавший до этого во многих лентах Гринуэя («Чемоданы Тульса Люпера», «8 ½ женщин» и других).

Несколько слов о многонациональной актерской бригаде

Гринуэй очень часто подчеркивал, что эта лента — его проба пера в порнографии, для чего просто необходимы классные актеры, так как, с его слов, настоящие порнозвезды лишены таланта играть. Он свою главную задачу в этом направлении видел в том, чтобы найти необходимые слова и убедить хороших актеров, чтобы те вели себя как можно естественно и достаточно фривольно. Первоначально, Гринуэй в качестве исполнителей главных ролей хотел видеть Джона Малковича, Кевина Спейси, Изабель Юппер и Рэйфа Файнса. Но никто из них, в конце концов, не смог или не захотел принять участие в ленте. В результате кастинга британский постановщик сумел-таки набрать интернациональный «боевой» состав.

Актер Ф. Мюррей Абрахам, исполнивший роль маркграфа и познавший актерские «университеты» в Нью-Йорке, прошел обычный долгий путь на пути к большому экрану. Сначала были рекламные ролики на все и про все, маленькие театральные студии, телевидение. Начав уж совсем с бессловесных кинообразов («Серпико»), он потихоньку начал подниматься повыше в титрах фильмов. Это и лента Алана Пакулы «Вся президентская рать» (1976) и драма «Лицо со шрамом» (1983) Де Пальмы. Наконец, он достиг знаковой, во всех отношениях, роли в 1984 году, когда Милош Форман снял фильм «Амадей», прославивший, безусловно, заслуженно Абрахама, сыгравшего великого Сальери. Абрахам доказал всем сомневающимся, что он актер редкого дарования и с мощной энергетикой. К тому же очень нестандартная, но выразительная внешность, дала ему возможность переиграть целый ряд сильных личностей, среди которых были и реально действующие исторические персоны. Это папа в «Микеланджело» Юлий II, Иосиф Сталин в «Детях революции» и в «В круге первом», экранизации романа Солженицына. Была и роль «главного мафиози» Аль Капоне в картине «Диллинджер и Капоне». В 90-х снимался в «Тихом Доне» Сергея Бондарчука, где ему была предложена роль отца Гриши Мелехова.

В роли Хендрика Гольциуса снялся Рэмси Наср, потомок палестинских эмигрантов, родившийся в Роттердаме. Это сугубо творческая разноплановая личность: писатель, поэт, журналист, театральный режиссер и актер. Часто снимается на телевидении в кино, находит время, чтобы самостоятельно ставить музыкальные спектакли. Лауреат различных премий в области театра и литературы. Роль Томаса Боэция досталась итальянцу Джулио Беррути. За его плечами несколько заметных ролей. Это и «Любовь несовершенна», «Десять правил соблазнения», «Монте-Карло» (2011) и другие. Роль Сюзанны исполнила датчанка Анне Луизе Хассинг, которую приглашал Ларс фон Триер в проект «Идиоты». Роль, принесшая ей премию Bodil — роль второго плана. Снималась и у Томаса Винтерберга в «Охоте». Необходимо упомянуть и француза Флавио Паренти, воплотившего образ Эдуарда. Вуди Аллен работал с ним в «Римских приключениях», Лилиан Кавани — в ленте«Эйнштейн». Заметной стала его роль и в картине «Я – это любовь» Луки Гауданьино, которая была номинирована на «Золотой глобус».

Основные вехи создания ленты

Съёмки начались в конце июля 2011 года в Загребе, которым предварительно отводилось шесть недель. Вместительная территория, когда-то принадлежащая железнодорожному заводу «Гредель» на окраине Загреба, стала стартовой съёмочной площадкой. По словам Гринуэя, она идеально передавала сюрреализм владения маркиза Эльзасского. В Хорватии съемки продолжались до середины августа. Затем группа переезжает в Брюссель. Завод сменяется плавательным бассейном. В начало сентября Гринуэй вместе с Рамси Насром снимают монологи Гольциуса в Голландии, после чего уже в бельгийском Антверпене режиссер доснял сцены с участием квинтета «Architorti». 18 октября того же года Гринуэй выложил на YouTub тизер-трейлер предстоящей ленты, состоящий только из речи актеров и из рисунков самого Гринуэя, чередующихся репродукциями картин классического содержания. Премьера картины готовилась к Каннскому кинофестивалю в мае 2012 года, но в программу она не попала, поскольку была она не закончена. Чуть позже она была заявлена в конкурс Нидерландского кинофестиваля, где и состоялась 30 сентября 2012 года ее премьера. Российская премьера несколько раз откладывалась и состоялась в сентябре 2013 года, а именно 12-го числа.

Строки напоследок

Многие специалисты, посмотрев эту работу Питера Гринуэя, который неоднократно предсказывает смерть кино как вида искусства, убедились, что мастер по-прежнему в «форме», выдав, как и прежде визуально смотрибельный, роскошный, по их словам, фильм, сочетающий свой изобразительный стиль с запретными темами. Кажется, что Питер Гринуэй с каждым годом и фильмом становится чуть-чуть моложе. Многие кинокритики заявляли, что если бы не знали, что эта работа Гринуэя, смело бы могли предположить, что лента снята совсем молодым режиссером, настолько она шокирует сексуальными «молодыми» откровениями. Но столь причудливое, новаторское кино трудно назвать «коммерческим», поэтому лента скорей всего найдет понимание у поклонников Гринуэя, которые получают наслаждение от столь интеллектуально эстетического кинополотна. Если зритель не готов понимать язык и стиль режиссера, то в ленте «Гольциус» его ждет только обильная обнаженность тел. И, наверняка, еще долго будут вестись споры по поводу того, куда отнести эту ленту по части откровенности, хотя это сугубо субъективный момент.