Sin City

Oblogka_Gorod_grehovОдин из наиболее разносторонних голливудских режиссеров, Роберт Родригес в 2005 году решил совместить два, казалось бы, несовместимых жанра – нуар и комикс. «Город грехов» — не первая экранизация комиксов; голливудский кинематограф имеет богатый опыт в съемках фильмов такого жанра. Однако «Город грехов», несомненно, — самая необычная из всех экранизаций рисованных историй. Необычная настолько, что жюри Каннского кинофестиваля в последний момент, нарушая все правила одного из самых престижных кинофорумов, включило ленту в конкурсную программу. Было нарушено даже правило, до сих пор остававшееся непреложным – не включать в конкурс фильмы, уже находящиеся в прокате. Почему же для «Города грехов» сделали такое исключение? Фильм, основанный на рисованных историях Фрэнка Миллера, покорял Канны уже покорив мировой прокат. Председателем жюри Каннского кинофорума в том году был Эмир Кустурица, и он сказал, что для него не важны экономические показатели картины – успех у публики, сумма сборов, топы всевозможных рейтингов. В настоящем кинематографе важна эстетика. И эстетика в «Городе грехов» действительно присутствует, однако не совсем та, к которой привыкли в Каннах. Жюри фестиваля не смогло «переварить» фильм – «Город грехов» получил «поощрительный» приз «За художественно-технические достижения». Реакция критиков на картину до сих пор поражает неоднозначностью. Многие эксперты в области кинематографа риторически вопрошают: «А кино ли это?» Действительно, нельзя однозначно дать ответ. На экране, несомненно, происходит что-то очень важное для кинематографического искусства. Однако что именно – попробуй разберись с первого раза! Гротескный до невероятности сюжет и инновационные операторские и режиссерские приемы – всего лишь основа, благодаря которой создателям фильма удалось перевернуть все представления о нуаре, об экранизациях комиксов и о фильмах как категории искусства вообще.

Жюри Каннского фестиваля крайне холодно отнеслось к картине. Скорее всего, эксперты просто не смогли найти критерии, по которым возможно оценить «Город грехов» — старые критерии тут явно были бессильны, а новые, как всегда при качественном скачке, еще не были созданы. Криминальный кинокомикс с элементами нуара, как это не парадоксально, выглядит вполне реально – намного реальнее, чем многочисленные обычные города в стандартных, шаблонных криминальных боевиках. Черно-белая цветовая гамма фильма эффектно дополняется неожиданными «мазками» цветов – ярко-красными губами или золотыми волосами девушек, кроваво-красной постелью, ярко-фиолетовой автомашиной или желтой кровью мерзавца-насильника. Вообще, крови в фильме очень много, как и всевозможной «расчлененки», но потоки этой обычно красной жидкости в фильме белые. Эта белизна, однако, производит впечатление гораздо более сильное, чем кровь «приевшегося» цвета.

Создатели фильма широко используют манеру, привычную для комиксов или мультипликации, но совершенно, казалось бы, неуместную в таком «живом» виде визуального искусства, как кино – условная графическая прорисовка героев, открывающая их внутренний мир каждому, кто способен видеть дальше развевающегося плаща или сюрекенов в форме свастики. Эта система восприятия персонажей, характерная для комиксов, взрывает изнутри весь сюжет картины. Психологическое углубление характеров и их детальная прорисовка на черном фоне декораций, созданных при помощи технологий компьютерной графики, уплотняют сюжет до невероятных величин. Каждая минута фильма наполнена аллюзиями, отсылками и намеками, которые всплывают при втором, третьем, энном просмотре этого киношедевра. С первого раза все аллюзии просто невозможно ухватить – фильм наполнен ими под завязку, выверен буквально до секунды.

По большому счету, сценаристы – они же режиссеры – не адаптировали комиксы Миллера для киноверсии.

Они всего лишь «перевели» язык картинок на язык кино. Фильм составлен из трех киноновелл, течение времени в которых сдвинуто (действие третьей новеллы, объединенной одними героями с первой, предшествует действиям, разворачивающимся во второй части фильма, создавая эффект закольцованности событий). Добавляет эффекта закольцованности – или спирального хода истории, кому как угодно, — и связь пролога и эпилога. Две короткие интермедии с нежным киллером, в роли которого выступил Джош Хартнетт, перекликаются, создавая иллюзию завершенности произведения.

Все три киноновеллы, объединенные создателями в «Город грехов», показывают различные грани отношений между полами. Престарелый коп с больным сердцем (Брюс Уиллис) дважды спасает невинную девочку, а потом – привлекательную девушку от маньяка-насильника, сына сенатора, а после находит радикальный выход из ситуации, чтобы раз и навсегда избавить ее от сексуальных посягательств. Неподражаемый и неузнаваемый Рурк в роли Марва – досрочно освобожденный гангстер с лицом первобытного воина – впервые в жизни познает радость доброго отношения к себе и, потеряв человека, давшего ему это необычное для него чувство, жертвует собой, ввязываясь в разборки криминальных кланов. Благородство мужских персонажей в фильме определяется просто – по тому, как мужчина поступает с женщиной. Даже кровавые воительницы-проститутки, способные на такую жестокость, от которой даже у мужчин сжимается сердце, тем не менее нуждаются в ласке и хорошем отношении.

Все сюжетное построение картины намеренно гиперболизировано.

Поистине звездный состав фильма – Бенисио Дель Торо, Брюс Уиллис, Микки Рурк, Элайджа Вуд, Ник Стал, Джессика Альба – обладают яркими, порой устоявшимися в кинематографе типажами, некоторые из которых (например, Элайджа Вуд или Ник Стал) намеренно разрушены создателями в противовес другим, донельзя «гипертрофированным».

Создатель комиксов, Фрэнк Миллер, придумал город, где линия разделения общества на классы превращена в пропасть. Одним, представителям элиты – сенаторам, мажорам, полицейским и священникам – можно все. Другим – простым смертным – нужно жить по закону. Закон вроде бы написан для всех, однако исполнять его приходится только тем, кто «внизу». Однако когда произвол «высшей касты» касается непосредственно героев картины, они перестают молчать и сидеть, сложа руки. Правосудие начинает вершиться по другим, неписанным законам. В Старом Городе – квартале, где власть находится в руках у представительниц древнейшей профессии – все иначе. Там не действуют законы «верхушки». Валькирии-воительницы сумели договориться со всеми – и с полицией, и с гангстерами. Им нужно только одно – спокойная жизнь. И за нее они готовы на все. За это обитательницам Старого Города, конечно же, приходится платить – полицейские имеют право бесплатно пользоваться услугами «жриц любви». Однако законы в Старом Городе свои.

Фрэнка Миллера, знаменитого автора комиксов, Голливуд пытался «приручить» достаточно долго. Однако все попытки экранизации произведений Фрэнка были крайне неудачными. После «Робокопов» Миллер отказался передавать авторские права на свои комиксы всем, кто жаждал их экранизировать. Так что уговорить Миллера сотрудничать с ним Роберту Родригесу оказалось очень непросто. Родригес давно вынашивал идею экранизации «Города грехов», так как был фанатом этого комикса. Но все попытки «втереться в доверие» к создателю были тщетными. Тогда Родригес пошел на хитрость – он решил снять небольшой демо-ролик, впоследствии легший в основу ленты, втайне от Миллера. Зимой 2004 года Родригес поделился своей идеей с Джошем Хартнеттом и Марли Шелтон. Актеры загорелись идеей и выразили желание помочь режиссеру, снявшись в демо-ролике. Так появилась интермедия «Клиент всегда прав». После завершения работы над короткометражкой Роберт Родригес увиделся с Фрэнком и презентовал ему плод своей работы. В разговоре с Миллером Родригес не настаивал на сотрудничестве, однако, если бы Миллеру понравилась наработка режиссера, то именно она легла бы в основу начальной сцены фильма. В случае же отказа Роберт передавал все права на нее Миллеру и тот мог поступать с ней, как ему заблагорассудится – например, показывать на вечеринках друзьям. Довольно рискованная игра обернулась полной и безоговорочной победой – создателю комиксов так понравилась интермедия, что он выразил желание тут же приступить к работе над полноценной картиной.

Поскольку Роберт Родригес считал, что его видение комикса отличается от видения создателя, режиссер настоял на том, чтобы Миллер стал сорежиссером картины.

Это обстоятельство вызвало конфронтацию Родригеса и Американской гильдии режиссеров – по ее правилам, у кинокартины не может быть более одного директора. Родригес решил проблему экстраординарно (почти как в фильме герой Брюса Уиллиса) – вышел из состава Гильдии. Конфликт, правда, закончился потерей Родригесом места режиссера в киноленте «Джон Картер на Марсе», однако овчинка выделки стоила. В качестве третьего режиссера Родригес пригласил своего лучшего друга, Квентина Тарантино. Роберт и Квентин частенько участвуют в проектах друг друга за символическую плату в один доллар – Родригес за такой гонорар записал музыку к ленте «Убить Билла», а Тарантино за работу над одной сценой в «Городе грехов» получил аналогичную сумму. Фильм был полностью снят на фоне голубого экрана, без использования декораций. Весь интерьер был прорисован с помощью компьютерного моделирования в ходе монтажа.

Изначально Роберт Родригес планировал включить в состав картины еще одну новеллу — «To Hell And Back». Главную роль в этой части фильма должен был сыграть непревзойденный Джонни Депп. С включением в «Город грехов» этой истории не сложилось, однако Родригес планирует снять сиквел, в котором Джонни Депп обязательно побывает в городе, созданном Фрэнком Миллером. Кастинг на участие в проекте Родригеса и Миллера проходили Леонардо Ди Каприо, Майкл Дуглас, Кейт Босворт, однако отбор был очень жестким – эти звездные и, несомненно, талантливые актеры были забракованы режиссером.

Досталась в «Городе грехов» роль и самому создателю серии комиксов – Фрэнку Миллеру. Он сыграл небольшую роль пастора, которому исповедуется Марв (Микки Рурк). В кадрах мелькают и другие режиссеры – Роберт Родригес и Квентин Тарантино сидят недалеко от Марва в баре. Мечи, которыми орудует прекрасная Михо (Девон Аоки) – те же самые, которыми в картине Тарантино «Убить Билла» пользуется Ума Турман. Джессика Альба, прекрасно танцующая стриптиз в одном из сюжетов картины, перед съемками тренировалась с хореографом и посещала стриптиз-бары, чтобы «набраться опыта». Альба не была уверена в своих силах и хотела пригласить профессионала в сам эпизод, однако Родригес настоял на том, чтобы Джессика танцевала стриптиз в одиночку. И у нее это прекрасно удалось. Кстати, музыка, под которую Джессика танцует, была смонтирована позднее – на съемочной площадка актриса танцевала под совершенно другую мелодию.

Все автомобили и все оружие, появляющееся в кадре – настоящее.

Из-за одной из машин пришлось даже менять сценарий – в оригинальном комиксе Желтый Ублюдок катался на Bugatti Atlantic ’57C, однако Родригес, узнав, что аренда такого транспортного средства обойдется в 230 тысяч долларов за четыре съемочных дня, решил сменить модель на более бюджетную. Всего в картине появляется 14 автомобилей, причем самый старый из них – 1937 года («Кадиллак» Желтого Ублюдка).

Благодаря тому, что фильм снимался не обычным способом, а на фоне голубого экрана, удалось значительно сократить время, потраченное на съёмки. Так, начальная интермедия была снята всего за 10 часов. Сцена погони Желтого Ублюдка за Хартиганом и Нэнси снималась в течение одного дня, а все сцены с Хартиганом были сняты за 10 рабочих дней. Если бы фильм снимался стандартным способом, с декорациями, то съемки заняли бы 3 недели и 5 недель соответственно.

В режиссерской версии картины, которая длится 147 минут (против 124 минут обычной версии) все три новеллы представлены полностью. В театральную версию были включены не все сцены, а момент, в котором Ублюдок пытает Нэнси, не был включен даже в полный вариант картины: по словам Роберта Родригеса, этот эпизод получился слишком жестоким даже для Города Грехов.